Rave.by

CLONE клоны01.10.2009

Serge VerschuurЛейбл, магазин, дистрибуция: Clone не возможно вычленить из последних пятнадцати лет танцевальной истории. Серж Вершюр недавно прикрыл лейбл, но сразу же основал шесть новых. В подробном интервью фанатик диско и техно рассказывает все более подробно.

Голландия еще со времен эпохи диско являлась катализатором всех возможных отношений с электронной музыкой. Там появлялись пластинки, которые составили основу сегодняшней техно и хаус-культуры и были подхвачены целым рядом важных лейблов, музыкантов и диджеев, которые потом расширяли и совершенствовали эти идеи. Серж Вершнюр (Serge Verschuur) все то время, что существует Clone являлся не только руководителем постоянно расширяющейся империи, но и постоянно вовлекался в различные важные тенденции, в развитии которых зачастую играл далеко не последнюю роль.

Clone оперирует массой стилей. Отражает ли это как-то твое собственное музыкальное прошлое? Любовь к диско? Все-таки отношения с диско в Голландии всегда были очень близкими.

Это уж точно, прежде всего это хорошо заметно на западном побережье, около Роттердама и Гааги. В этом районе итало-диско всегда была музыкой пролетариата, и постоянно играла на их вечеринках по выходным в промышленных районах. То есть люди, благодаря этой музыке уходили в загул после насыщенной рабочей недели. В пику этому в Амстердаме большей популярностью пользовался нью-вейв и разного рода художественные выходки. В любом случае итало-диско было очень популярно в моем районе и постоянно звучал по радио. Это был как раз ранний период этой музыки, в которой выходила самая честная и искренняя музыка. Было много магазинов, которые импортировали музыку из Италии и США. Кроме того лейблы, вроде Rams Horn постоянно лицензировали диско, электро и многие другие новые жанры. И именно поэтому сюда так рано попала хаус-музыка и мы росли вместе с ней. По всей стране на радиостанциях вещали специальные программы посвященные танцевальной музыке, на которых обычно звучали очень крутые мегамиксы. Там звучало все, что только можно от II Discoto до Man Parrish. Одним словом царила настоящая неразбериха.

Какие диджеи той поры оказывали на тебя свое влияние?
Была такая программа, называлась она "Soul Show", там обычно много звучало диско, R&B и ранний хаус. Плюс по радио еженедельно проходил конкурс миксов, которые люди делали дома. Там можно было услышать много незнакомых вещей из клубов звучавших вперемежку с более известными хитами. Когда мне было лет 14-15, у меня еще не сформировалось пристрастие к каким-то определенным звучаниям, но мне нравилась музыка, которую называли "клубной". В тот период существовали еще и радиопередачи из Бельгии, где звучала музыка пожестче - Front 242 и эйсидные вещи. Они больше ориентировались на электро и постоянно экспериментировали.

С какого момента ты мог бы сказать, что начал к музыке относиться более серьезно?
Лет в 16 или 17. На каникулах я иногда ездил в Амстердам и там подруга моей подруги работала в Roxy, первом голландском клубе где звучал исключительно эйсид и хаус. Когда я попал туда в первый раз, то я в прямо-таки ошалел. Я на это дело крепко подсел и начал постоянно покупать пластинки. Клуб представлял для меня нечто громадное, заставляющее меня переживать - это был какой-то сумасшедший новый мир. Чикагский эйсид, ранние работы из Детройта. Все это представляло для меня абсолютно новый опыт, новые ощущения. Где-то в 1987 или 1988 году самое большое влияние на меня оказало то, что в новой музыке был какой-то совершенно новый грув, как будто эту музыку записывали инопланетяне. Я помню как диджей Эдди де Клерк (Eddy de Clercq) запустил первую волну хаус-музыки в Голландии. Он сильно на меня повлиял. К тому же он был резидентом в Roxy. Он был первым диджеем который играл исключительно хаус, абстрактный и монотонный эйсид и поначалу даже работники клуба не очень хорошо воспринимали эту музыку. А когда это движение сильно раздалось, пошла волна из Англии, я оказался в самой заварухе.

Не было ли у тебя периода когда ты устал от всей это жужжашей "кислотной" музыки?
Я помню как в том же Roxy проходили разнообразные тематические вечеринки. В 1989 году они сделали меропритие под названием "The Death Of Acid", так как такой музыки стало вокруг слишком много, это становилось слишком популярно и участники этой вечеринки, пионеры голландского хауса, не хотели быть связанными с происходящим. Потом уже начали появляться новые стилистические отростки, вроде хип-хауса и более коммерческие вещи из Нью-Йорка, вроде тех, что делал Тодд Терри (Todd Terry). В порядке вещей воспринималась и стилистическая мешанина звучащая ночью в клубах. Вот играл Doug Lazy, а теперь звучит Rebel MC, а за ним диджеи могли завести что-то из Ларри Херда (Larry Heard), Дэррика Мэя (Derrick May) или с лейбла Nu Groove. Это было очень живо, разнообразно и постоянно высвобождало новые настроения и энергии. Музыка постоянно чередовалась от слишком возбужденной до задумчивой. Постоянно были различные эмоции. И это для меня по-прежнему очень важно. Я не могу понять, почему некоторые диджеи могут играть на протяжении всей ночи одно и то же. Всю ночь очень сложно сохранять одно настроение.

Как повлияли твои убеждения и идеи касающиеся музыкальной индустрии и как они отразились на Clone?
Я просто наблюдал за тем, что происходило вокруг меня и размышлял над тем, что мне нравилось, а что нет, и задавался вопросом, а почему именно так а не иначе. Из всего этого и вышла мысль сделать что-то свое. Правда мысли сделать лейбл меня не посещали. Хотя после того, как я чуть-чуть покрутил пластинки, я принялся записывать с друзьями треки и издавать их на разных лейблах. Тогда же я начал задумываться, а почему я не делаю это для своего удовольствия и удовольствия своих друзей. Мне нравилось как поступали чикагские музыканты на заре хаус-музыки, выпуская в незначительных количествах свои пластинки, и я был совершенно уверен, что и у меня точно так же получится. Это был мой первый шаг к лейблу. Мне больше не нужно было рассылать свои демо-треки по лейблам и я от них сне зависел. И тут речь шла прежде всего о музыке, а не о том, чтобы заново изобретать велосипед. Ведь это уже делали многие и до меня.

Serge VerschuurИз тех твоих действий, получилась сеть из которой впоследствии развился Clone?
В некотором роде да. Я был диджеем в загородном клубе в Ренессе, который работал шесть месяцев в году и там проводили свой отпуск много немцев из области Рура. Там же было еще несколько клубов и один из тамошних диджеев начал заниматься музыкой. В конце концов мы сделали несколько треков и потом к нам подтянулись наши друзья и знакомые. Тогда мы объединились с Ференцом (известный также как I-F) и прыткой молодежью из UnitMoebius, плюс я контачил с различными диджеями и музыкантами. Я могу конечно ошибаться, но между всеми этими лейблами, где выпускалось жесткое техно, габба и им подобное звучание, тогда наблюдался большой пробел для другой музыки, которую если кто и издавал, то DJax-Up и несколько лейблов помельче. Мне нравилась масса вещей, которые не вписывались ни в одну из этих сцен, и я хотел выпускать именно такую музыку. Другие поступали точно также. Джефф Миллз (Jeff Mills) с Axis, Карл Крэйг с Planet E или B12 и Кирк Деджорджио. Мне казалось, что гораздо интересней выпускать именно такое, чем просто издавать музыку для клубов, потому что клубная сцена в то время была довольно пресной. И это было естественное развитие, которое следовало за музыкой, которая мне нравилась. В 1994 году Ференц открыл магазин с пластинками. Правда после того, как он вскоре закрылся, я решил себя в этом попробовать. Это было в 1996 году. К этому времени в Голландии уже почти не осталось хороших музыкальных магазинов. А лейбл я запустил еще в 1994 году.

Всегда ли ты хотел увязать лейбл и магазин?
Нет, это не было сознательным коммерческим решением. Тут произошло в точности как и с лейблом. Был пробел, который никто не хотел заполнить и я спросил себя не должен ли я сам открыть такой магазин. Я часто бывал в Германии и имел хорошие связи во франкфуртcкой дистрибуции Neuton и в кельнской Kompakt. Даже в детройсткий Submerge я часто наведывался. Мы продавали наши пластинки массе разнообразных дистрибуцией. А от них я получал пластинки и себе и разным своим друзьям, и мне казалось возможным попробовать себя и в этой области, и в итоге я открыл крохотный магазинчик. У меня не было никакого предчувствия, что из этого вырастет большой магазин или собственная дистрибуция. Но в итоге мы создали и то и другое, потому что ничего лучше в Голландии не было. Чуть позднее мы заметили, что не было и хороших онлайн-магазинов и в итоге мы и его запустили. Ведь перед нами были успешные примеры у которых все получилось - вроде Hardwax и Kompakt.

Но что с ассортиментом? Ведь и Hardwax и Kompakt нацелены на определенное звучание.
Будучи опытными, мы хотели соединить себя с различными, обособленными, голландскими сцена, а не с каким-то конкертным звуком. Существовало много сцен которые ассоциировали себя с каким-то конкретным звучанием, а мне это очень не нравилось. С 16 или 17 лет на последние деньги я покупал пластинки типа "The Poem" Бобби Кондерса (Bobby Konders), просто потому, что это была атмосферная пластинка, и она могла и не подходить к проигрыванию в клубе. А одновременно с этой пластинкой я хотел купить какой-нибудь актуальный клубный хит. Но "The Poem" со временем стала одной из моих самых любимых пластинок. На основе своего опыта я больше не хотел совершать такие ошибки. Нужно покупать пластинки которые нравятся тебе лично а не оглядываясь на популярность или какие-то тенденции. Поэтому у Clone постепенно вырисовывалась концепция, которая заключалась в том, что мы полагались на наши вкусы и поэтому была разнообразна. Частью наших вкусов являлись и электро с диско. Однако бывали моменты, когда мой вкус менял направление и я начинал играть, к примеру, чистое техно. Но мы никогда не ограничивались каким-то одним звучанием, и я никогда не понимал тех, кто так поступал. Быть может такое можно сказать с художественной точки зрения, при которой есть смысл позиционировать себя с определенным жанром, но я скорее был больше любитель музыки, чем артист. И мне никогда в голову не приходило выбирать, к примеру, между диско и техно. Я никогда не хотел вылепить из Clone нечто, выполняющее определенные эстетические требования. И во многом благодаря этому, мы так долго существуем. У нас никогда не было большой сцены, чье мировоззрение мы бы выражали, скорее мы были нацелены на некоммерческие вечеринки, которые проходят всего лишь в нескольких городах по стране. Ведь как обычно случается - начинаются какие-то вечеринки, вокруг которой объединяются люди со схожими вкусами, впоследствии все участники взрослеют и идеи, стоявшие за вечеринкой постепенно стираются, а молодежи их вечеринки не понятны или скучны. А мы же нацелены на людей, которые просто любят музыку.

Такое отношение довольно быстро проявило себя в музыкальной политике лейбла, где вместе с Drexciya издавались пластинки с диско, плюс еще можно вспомнить ваше участие в Cybernetic Broadcast System, вещание которой оказало больше влияние на нынешний ренессанс диско.
Ах, точно, Drexciya как раз появились у нас в 1997 году. А мне кажется что это было вчера. C-B-S появилось позднее, но оказало большое влияние. Мы же играли диско и электро еще в девяностых, так что это была обычная революция. Мы всегда оставались верными себе и не хотели быть вовлеченными в какое-нибудь движение. Всегда можно дать относительно точный прогноз относительно того, какая сцена когда зачахнет. Вот смотри, возьмем к примеру электроклэш. Мы могли тоннами выпускать музыку наподобии Dexters "I Don't Care" или Adults "Hand To Phone", и могли бы заработать кучу денег на этой мимолетной популярности, но поступать так мы не могли.

Clone сохраняет и классиков от забвения.
Да, есть такое. Но это всего лишь мои любимые пластинки, которые я когда-то играл. Люди часто спрашивали меня о них, я им рассказывал и о самих треках и о том, насколько они были влиятельны. У меня нет смысла придерживать для себя хорошую музыку, чтобы казаться избранным и влиятельным. Это все чушь собачья. Та же Drexciya - нынешнее поколение и не знает что это был за проект. Но люди на танцполе и не интересуются исключительностью трека, они хотят просто слушать хорошую музыку.

Но все-таки, чем были примечательны идеи, задействованные в тех проектах, которые были так или иначе связаны с Clone?
У нас не было никакого бизнес-плана. То что мы делали все эти годы, это была мотивация оставаться независимыми. Каждый шаг, который мы предпринимали лишь добавлял нам независимости. Таким образом, неспешно, мы постепенно заполняли все области сами: продвижение, распространение, выпуск, магазин, почтовая рассылка, веб-сайт, клубные вечеринки и тому подобное. В данный момент такая система помогать нам оставаться на плаву не смотря на незначительные продажи. Это роскошь, не зависеть от других компаний, но ведь мы на этот результат очень сильно работали. Но я вот что хотел сказать, Clone - лишь в последнюю очередь музыкальный магазин. В этом плане мы похожи на Hardwax, Kompakt или Rubadub. Имя сильный бэккаталог и собственную историю жить несколько проще, но есть и более молодые дельцы, вроде бельгийского Flexx. Так что и сейчас можно это начинать.

То есть ты думаешь что еще осталось место для того чтобы пробовать себя в этой отрасли и осталось место для конкурентной борьбы?
Есть такое, но с каждым годом это становится осуществлять все труднее. Продажи сильно падают и сейчас бизнес очень сложно вести. Обычные потребители и диджеи сейчас покупают музыку абсолютно иначе нежели чем года три назад и рынок сбыта будет продолжать сокращаться. В недавнем прошлом во всех городах средней руки исчезли все музыкальные магазины, торговавшие импортом. Теперь у дистрибуций осталось меньшее количество магазинов, которые у них заказывают товар, становится труднее продавать музыку. У наших артистов нет громких имен. Тем важнее иметь собственную рассылку почтой и хороших людей, которые могут донести до клиента, что это хорошая музыка, пускай имя музыканта им ничего и не говорит. Много хороших музыкантов перестают записывать музыку, потому как они не могут приспособиться к современным реалиям. Они начинают без громкого хита и без участия крупного лейбла. И они могут развиваться только если получают что-то взамен. Тэо Перриш (Theo Parrish), между прочим, тоже начинал с малого и вырос исключительно благодаря тому, что его поддержали диджеи и магазины, с хорошей музыкой.

Serge VerschuurМог бы ты сказать, что неизвестная, но хорошая музыка все еще берет вверх, пускай даже ей нужно больше времени чтобы дойти до своего слушателя?
Я думаю что да, правда сделать это становится все труднее. Твоя пластинка должна попасть в десять самых важных музыкальных магазинов, как онлайновых, так и нет. И если ты не играешь на нужных вечеринках и не знакомишься с нужными людьми, то становится еще труднее. Многие начинающие музыканты из нового поколения знают о Beatport и его роли. Но, к примеру, в Берлине нужно сунуть свой трек важному диджею или отнести в тот же Hardwax. И если ее нет в Hardwax или твой трек становится одним из тысяч треков на Beatport, то люди вряд ли узнают о тебе или твоей музыке. Проще, как мне думается, можно делать если ты хочешь издать несколько клубных треков, и к ним вдобавок различные дополнения на оборотную сторону пластинки. Многие люди не интересуется громкими хитами. Я знаю многих музыкантов для которых музыка всего лишь дополнительный приработок. Причем у них есть в дискографии несколько громких хитов, которые постоянно звучат на танцполах, о которых пишут в журналах, стоит ажиотаж в блогах. При этом многие хотят от тебя ремикса и просят поиграть в крупных клубах.

В начале этого года ты официально объявил о намерении закрыть лейбл Clone.
Потому что это уже было больше чем удовольствие. Стилистически мы раздались вширь настолько широко, что на нас смотрели самые разные сцены. Поклонники техно ненавидели Алдена Тайрелла (Alden Tyrell) и диско. А любители электро и диско на дух не переносили техно-треки. Ранее я уже говорил, что не люблю узость кругозора. Я же постоянно находился в различных целевых группах и понимал всех, знал что каждый из них ждет от лейбла. Это стало барьером который не позволял мне опубликовывать определенную музыку. И прежде всего меня ограничивала реакция молодых людей, которые воспринимали Clone как лейбл издающий электро или диско. Я получал странные реакции на вещи, вроде тех, что записывал Марко Бернарди (Marco Bernardi). Прекрасная пластинка которая может убедить людей во мнении что Clone издает диско. При этом я стал замечать, что я посылал наши новые пластинки и думал понравится ли ему или нет. Я же мог послать пластинку Бернарди не очень популярному диско-диджею. В конце концов я приостановил деятельность Clone и теперь я издаю пластинки которые мне нравится в разных сериях. У каждой из серий есть свое настроение, отношения, ощущения и различные целевые группы. И становится яснее для каких групп людей что мы делаем.

Это новая тенденция?
Я не знаю. Я решил что закрою Clone в том виде, в каком он существовал раньше. Я хотел внести изменения, чтобы продвинуться в различных музыкальных жанрах. Становится больше свободного места. Если у меня есть пластинка для рейвов, то я запускаю новую серию. Так что в каком-то роде сейчас все становится несколько проще, чем это было раньше. Вероятно в некоторых сериях будут две пластинки, а в других 20. Я пока не знаю как все это будет выглядеть. На данный момент мы запустили шесть разных серий в различных областях. Однако это не просто переиздания. Масса пластинок, за которыми мы когда-то охотились и которые хотели лицензировать вышли уже в виде бутлегов. Рынок виниловых пластинок очень маленький и нет смысла выпускать официальный релиз после выхода бутлега, который уже продался тиражом в тысячу экземпляров. После моего решения многие сильно задумались. Многие, из тех, кто занимаются этим бизнес по десять и более лет, или просто сильно увлекаются музыкой, понимали меня, что сейчас становится несколько скучно и они хотели что-то изменить. Как и востребованный диджей. Нужно вернуться к тому моменту, когда ты это делал просто так и получал от этого удовольствие. У меня нечто подобное было: издавать музыку без всякого этого баласта, в виде продвижения или всяческих коммерческих ходах. Последнее что мы сделали, это был запуск цифровых продаж, который мы запустили пять лет назад. Теперь мы "цифры" порой продаем несколько больше чем "физики". Много лейблов обращаются к нам, потому что они ищут хороший канал сбыта "цифры". Многие ведь сразу идут на Beatport, но у нас прекрасные отношения с многими онлайновыми магазинами, вроде iTunes, Bleep, Rhapsody, Napster и многими другими. Это был наш последний шаг в сторону "цифры". И он был оправдан, так как сейчас у нас есть собственная сеть и мы не зависим от других источников. Ну и к тому же сейчас выходит огромное количество новых пластинок и я домой их себе таскаю пачками. Хотя совсем недавно я покупал по паре пластинок в неделю. Теперь же мне нужно думать, что же мне дома оставить.

Автор: Автор: Финн Йохансенн | Перевод: technoid | По материалам mixmag.info